Айгюн Аттар направила открытое письмо Роберте Метсоле

Открытое письмо президента Фонда дружбы, сотрудничества и солидарности Турции и Азербайджана профессора Айгюн Аттар председателю Европейского парламента Роберте Метсоле прозвучало как резкая политическая реплика, но его значение выходит далеко за рамки личного обращения. Это текст о кризисе доверия между частью европейских политических институтов и государствами, которые уже давно перестали быть объектами внешнего назидания. Это спор о праве на историческую память, о границах политического морализаторства, о роли Азербайджана в новой архитектуре Евразии и о том, почему язык двойных стандартов в XXI веке работает все хуже.

Главная мысль письма предельно ясна: Европейский парламент, претендующий на роль морального арбитра, в отношении Азербайджана слишком часто действует как политический инструмент давления. Причем давление это, по мнению автора, не основано на объективном анализе, а подпитывается влиянием армянского, греческого и ряда европейских лобби, которые десятилетиями формировали одностороннюю оптику восприятия Южного Кавказа.

В центре критики – председатель Европарламента Роберта Метсола. Айгюн Аттар напоминает, что в начале ее политического восхождения многие связывали с ней надежды на более справедливую, современную и независимую европейскую политику. Женщина-политик, юрист по образованию, молодой руководитель одного из ключевых институтов ЕС – казалось бы, все это могло стать символом обновления. Однако, как утверждает автор письма, Европарламент при ее председательстве продолжил старую линию: риторику демократии и прав человека в отношении Азербайджана при почти демонстративном молчании о трагедиях, пережитых самим азербайджанским народом.

Именно здесь начинается главный нерв полемики. Европа охотно говорит о правах, когда речь идет о требованиях к Баку, но десятилетиями не находила достаточной политической воли, чтобы столь же настойчиво говорить о сотнях тысяч азербайджанцев, изгнанных со своих земель в результате армянской оккупации. Европейский парламент принимал резолюции, осуждал, предупреждал, требовал, но в исторически ключевой период, когда азербайджанские города и села находились под оккупацией, а культурное наследие разрушалось, его голос звучал куда тише.

В этом и заключается обвинение, которое проходит через весь текст: проблема не в самой критике как таковой. Проблема в ее избирательности. Если один и тот же институт требует от одних государств почти идеального соответствия демократическим стандартам, но закрывает глаза на страдания других народов, его моральный капитал неизбежно разрушается. Политика превращается в бухгалтерию симпатий, а право – в декорацию для заранее выбранной позиции.

Особенно болезненно в письме звучит тема Карабаха. Для Азербайджана это не абстрактный дипломатический кейс и не строка в резолюции. Это тридцать лет изгнания, разрушенных городов, уничтоженных кладбищ, стертых с лица земли мечетей, разорванных семейных биографий. Это память о Ходжалы. Это судьбы беженцев и вынужденных переселенцев. Это тысячи погибших и раненых. И когда после восстановления Азербайджаном своей территориальной целостности Европейский парламент вновь заговорил преимущественно языком осуждения Баку, в азербайджанском обществе это было воспринято как очередное доказательство старой несправедливости.

Автор письма задает жесткий вопрос: где были эти же европейские институты, когда Азербайджан десятилетиями требовал соблюдения международного права? Почему право на территориальную целостность признается громко в одних случаях и звучит приглушенно в других? Почему гуманитарная чувствительность включается выборочно? Эти вопросы неприятны для европейской бюрократии, потому что они вскрывают слабое место всей ее внешнеполитической риторики: универсальные ценности теряют силу, когда применяются по политическому расписанию.

Отдельный пласт материала – тема вмешательства во внутренние дела. Айгюн Аттар напоминает, что Азербайджан является суверенным государством, где глава государства избирается гражданами страны. В этой связи постоянные попытки Европарламента выносить политические вердикты по внутренним процессам Азербайджана выглядят не как защита демократии, а как желание сохранять наднациональный контроль над политической повесткой государств, не входящих в ЕС.

Здесь возникает принципиальный конфликт эпохи. Мир уже не тот, каким он был в 1990-е годы. Раньше западные институты могли говорить с постсоветскими странами языком наставника. Сегодня этот язык выглядит устаревшим. Государства Южного Кавказа, Центральной Азии, Ближнего Востока стали самостоятельными центрами интересов, маршрутов, ресурсов и решений. Они готовы к партнерству, но все меньше готовы к лекциям, особенно если эти лекции читают политики, не проявлявшие должной принципиальности в периоды реальных трагедий.

Наиболее сильная часть письма связана с геополитической ролью Азербайджана. Автор указывает: Европа нуждается в Азербайджане гораздо сильнее, чем некоторые европейские политики готовы признать публично. Азербайджан – это энергетическая безопасность. Это газовые поставки. Это важнейший узел Среднего коридора. Это связь между Каспием, Центральной Азией, Турцией и Европой. Это маршрут, без которого разговоры о диверсификации транспортных и энергетических путей остаются красивыми презентациями на брюссельских форумах.

В этом смысле поведение Европарламента выглядит стратегически противоречивым. С одной стороны, Еврокомиссия рассматривает Азербайджан как важного энергетического партнера. С другой стороны, Европарламент регулярно генерирует политические атаки, которые подрывают доверие и создают впечатление, что внутри европейской системы отсутствует единая линия. Одни европейские структуры ищут газ, маршруты и стабильность, другие – принимают резолюции, которые работают на раздражение и отчуждение. Получается политическая шизофрения в дорогом костюме: рука подписывает соглашение, а другая в этот момент пишет обвинительный акт.

Средний коридор сегодня – одна из ключевых артерий новой Евразии. После глобальных кризисов последних лет Европа особенно остро почувствовала зависимость от устойчивых логистических маршрутов. Китайско-европейская торговля, каспийские переходы, связи с Центральной Азией, турецкое направление — все это делает Азербайджан не периферией, а узловым государством. Баку становится точкой, где пересекаются энергетика, транспорт, безопасность, дипломатия и новая экономическая география.

Именно поэтому отношение к Азербайджану – это уже не вопрос локальной симпатии или антипатии. Это тест на стратегическую зрелость Европы. Если европейские институты действительно думают о будущем континента, им придется научиться отличать реальные интересы от лоббистских эмоций. Им придется признать, что Южный Кавказ – это не площадка для старых идеологических игр, а регион, от стабильности которого зависит транспортная и энергетическая устойчивость самой Европы.

В письме также поднимается болезненная тема внутренней европейской непоследовательности. Автор задает вопрос: почему Европарламент так охотно реагирует на ситуацию в Азербайджане, но куда менее решительно говорит о полицейском насилии, массовых протестах, социальных кризисах и нарушениях прав человека внутри самой Европы? Этот аргумент особенно силен, потому что Европа давно страдает от внутреннего расхождения между ценностной риторикой и реальной практикой.

Когда европейские политики читают другим странам лекции о демократии, но не способны убедительно решить проблемы миграции, роста радикализма, цифровой безопасности, демографического спада, социального расслоения и кризиса доверия к собственным институтам, их слова теряют прежний вес. Мир больше не аплодирует автоматически. Мир задает вопросы. И один из них звучит так: кто дал право тем, кто сам переживает глубокий институциональный кризис, выступать последней инстанцией истины для других?

Письмо Айгюн Аттар важно еще и потому, что оно отражает более широкий политический сдвиг в тюркском мире. Азербайджан и Турция больше не ограничиваются оборонительной реакцией на обвинения. Они переходят к наступательной аргументации. Они говорят о своих правах, своей истории, своих потерях, своих победах и своей роли в будущем Евразии. Это уже не дипломатия оправданий. Это дипломатия субъектности.

Азербайджан после Карабахской победы вступил в новый политический этап. Он восстановил территориальную целостность, усилил международные позиции, стал одним из ключевых участников энергетического диалога с Европой, укрепил связи с тюркскими государствами, превратился в важное звено глобальной логистики. Поэтому попытки говорить с Баку языком давления выглядят не только несправедливо, но и стратегически неразумно.

Европейскому парламенту стоит понять: Азербайджан уже нельзя рассматривать через старую призму маленькой постсоветской республики, которую можно поучать, игнорируя ее реальные возможности. Это государство с армией, дипломатией, энергетическими ресурсами, транспортной инфраструктурой, растущим международным влиянием и мощным союзом с Турцией. В новой геополитической реальности Баку не просит признания – он требует уважения к фактам.

Главный вывод из письма заключается в следующем: если Европа хочет быть партнером Азербайджана, ей придется отказаться от привычки говорить с ним языком подозрения. Партнерство не строится на резолюциях, принятых под влиянием лоббистских групп. Партнерство требует честного взгляда на историю, признания страданий азербайджанского народа, уважения к суверенитету и понимания стратегической роли Баку.

Иначе Европа рискует оказаться в странной ситуации: нуждаться в Азербайджане энергетически, зависеть от него логистически, признавать его значение геополитически, но одновременно разрушать отношения политически. Это уже не дипломатия. Это дорогая ошибка, оформленная парламентским протоколом.

Открытое письмо Айгюн Аттар – это не эмоциональный выпад ради громкого эффекта. Это предупреждение. Южный Кавказ изменился. Азербайджан изменился. Тюркский мир изменился. А часть европейской политической машины все еще живет в старой системе координат, где можно было безнаказанно распределять роли: одним – право обвинять, другим – обязанность оправдываться.

Но эта эпоха уходит. Новая политика требует взаимного уважения, стратегического мышления и честного отношения к историческим фактам. Европейский парламент может продолжать принимать резолюции, не имеющие обязательной силы. Однако у реальной политики есть своя жесткая арифметика: маршруты, ресурсы, безопасность, доверие и интересы. И в этой арифметике Азербайджан занимает место, которое невозможно отменить ни голосованием, ни декларацией, ни идеологической обидой.

Европа сегодня стоит перед выбором: продолжать старую линию политического высокомерия или перейти к зрелому партнерству с государством, без которого новая евразийская архитектура будет неполной. Для Брюсселя это вопрос не симпатии к Баку. Это вопрос собственного будущего.

Абульфаз Бабазаде

культуролог-японовед, 

член Союза журналистов Азербайджана,

вице-президент АКА «Симург»